Все дамы. Николич? Боже! Как интересно! Почему мы ничего не знаем?

Госпожа Янкович. Шиз хаз бенд из эвэй! От олл!

Госпожа Арсич. Госпожа Лазич, попросите госпожу Янкович выражаться на родном языке. Это неприлично и непонятно.

Госпожа Пантич. Говорит по-французски, ма шер! Кому надо, тот поймет.

Госпожа Лазич. На сей раз госпожа Арсич, права. Говорите на родном языке, госпожа Янкович.

Госпожа Янкович. Сделайте милость! Специально для неграмотных! Ее хазбенд ее бросил и ушел из дома. И все.

Госпожа Панайотович. Хазбенд? Какой Хазбенд?

Госпожа Янкович. Хазбенд? Это то, чего у вас никогда не было! Это муж! (Хохочет).

Госпожа Панайотович. Мой жених погиб в шестнадцатом году!

Госпожа Лазич. Прекратите, дамы! Госпожа Панайотович не виновата, что до сих пор хранит верность падшему жениху.

Госпожа Елич. От Николич ушел муж? Прелестно! Вот уж кого мне нисколько не жалко! Помня, когда мы разошлись с Душаном и я начала жить со Светозаром, он вывез меня в Венецию, на мне, как сейчас помню, была норковая горжетка, мне вообще идут дорогие меха, и итальянцы на меня то и дело заглядывались, хотя они не в моем вкусе, мне больше нравятся скандинавы…

Госпожа Живанович. Госпожа Елич, выпейте-ка лучше чаю! Жан! Жан!

Выходит Жан с чайным подносом.

Жан. Бонжур, мэдам!

Госпожа Живанович. Я вывезла Жана прямо из Парижа…

Госпожа Янкович. Сенкью, май дарлинг. Я на английской диете.

Госпожа Живанович. На английской? Не томите!..