Лоранс. Ближе к делу, господин де Севинье!

Рокфёй. Только прежде надо выяснить, не ошибаюсь ли я сам. Позвольте задать вам несколько вопросов. Мы одни?

Лоранс. Конечно! Говорите скорее… Мне становится страшно!

Рокфёй. Слышали ли вы, что вам сказал господин Дюверне о национальности вашего мужа? Робера, я имею в виду…

Лоранс. Зачем вы переспрашиваете? Робер — мой муж, к какой бы национальности он ни принадлежал!

Рокфёй. Нотариус… Вы позволите мне на некоторое время снова стать им? Так вот, нотариус очень осторожен в выборе выражений. Итак, я повторяю, есть ли у вас свидетельство о рождении Робера?

Лоранс. Оно должно храниться в его комнате, в секретере.

Рокфёй. Не изволите ли отыскать его?

Лоранс. Но я еще раз…

Рокфёй. Сделайте это, милая дама, прошу вас! Потом я отвечу на все ваши вопросы… Да! Будьте любезны также принести мне и ваше брачное свидетельство.

Лоранс выходит.

Честное слово! Эго становится смешным. Хотя представить себе такое невозможно: пускай Робер в чем-то не разобрался, но уж консул-то должен знать законы.

Лоранс (возвращается с кипой бумаг). Вот всё, что я нашла.

Рокфёй (перебирая бумаги). Спасибо. Так, свидетельство о рождении, свидетельство о натурализации. Максим прав! Роберу исполнилось два года, когда его отец стал французским подданным. Значит, Робер — англичанин. Свидетельство о браке… Оно получено во французском консульстве на Маврикии… Но как же это консул не потребовал предъявить свидетельство о рождении? Ага, вот! Робер считает себя французом, однако свидетельство о рождении, оставленное во Франции, заменено свидетельством о регистрации этого события… (В сторону.) Теперь я понимаю!