ИРИНА. Давно хотела спросить, как это так повелось, что ты, Олег Викторович, только из его рук деньги получаешь?

БЕЛАН. А он что, не рассказывал?

МИХЕЙЧИК. У меня так мало поводов быть загадочной личностью, что я хватаюсь за малейшую возможность — и ничего не говорю.

БЕЛАН. Когда нас поселили в одной комнате на Ленинских горах, я смотрю парень старше меня, после армии, но без царя в голове, любит выпить. Как с таким в одной комнате жить? Ну и придумал. Отдал ему все свои деньги и доверенность написал, чтобы он за меня стипендию получал. И что бы вы думали — сразу и пить перестал и за ум взялся, и отцовский инстинкт у человека пробудился — обо мне заботиться. Мое ноу-хау по перевоспитанию выпивох и разгильдяев. Он уже тогда наши стипендии в оборот пускал, ликбез бизнеса проходил, вот и вырос в руководителя канала.

МИХЕЙЧИК. Ой, ой, ой! Это он так из себя барского петуха строил, он, мол, барин, а я его денщик подай-принеси. Это не ты меня, а я тебя в такую спесивую личность вынянчил.

ИРИНА (Тае). Не слушай их. Они, когда заведутся, такого всегда наплетут, что только держись.

Тая протягивает Белану заявление.

БЕЛАН (подает его Михейчику). Кстати, Паша, мне попалась какая-то странная жена, почему-то хочет медовый месяц, свадебное путешествие. Мол, ты ни разу за пять лет не был в отпуске. Подпиши, а то спасу нет.

МИХЕЙЧИК (подписывает). А с какого числа?

БЕЛАН. Она сама потом проставит. У тебя же есть босоногая мечта когда-нибудь самому здесь порулить. Вот немного разгребусь с делами и сделаем тебе долгожданный сюрприз. (Возвращает заявление Тае.)

Входит Режиссер.

РЕЖИССЕР. Пал Палыч, весь коллектив собрался в большом зале.

МИХЕЙЧИК. Хорошо, мы сейчас.

Режиссер уходит.