Граф. Я готов пожалеть, что вы не удовлетворили требование этого джентльмена. Я охотно заплатил бы пятьдесят гиней за здравое суждение. Как бы он не подумал, что его обсчитали!
Сэвоярд. Пусть думает. Это уже чересчур — запрашивать пятьдесят. В конце концов, кто он такой? Всего-навсего газетчик. Это для него большая удача — заработать десять гиней. Я уверен, что за такую же точно работу он частенько брал полфунта.
Фанни О’Дауда стремительно выходит из-за занавеса; она возбуждена и нервничает. Девятнадцатилетняя девушка в платье той же эпохи, что и костюм отца.
Фанни. Папа, приехали критики! Один из них в треуголке и со шпагой, как… (Замечает Сэвоярда.) Ах, простите!
Граф. Это мистер Сэвоярд, твой импресарио, моя милая.
Фанни (протягивая руку). Здравствуйте.
Сэвоярд. Очень рад познакомиться с вами, мисс О’Дауда. Пусть треуголка вас не пугает. Тротер — член нового Академического комитета. Он уговорил их там ввести мундиры, как во Французской академии, а я попросил его явиться в мундире.
Лакей (докладывает). Мистер Тротер, мистер Воэн, мистер Гон, мистер Флонер Банел.
Входят четыре критика. Тротер — в мундире, со шпагой и треуголкой; ему лет пятьдесят. Воэну — сорок. Гону — тридцать. Флонеру Банелу — двадцать, и он резко отличается от остальных: в тех можно с первого взгляда узнать профессионалов, Банел — человек, не нашедший себе применения в коммерции; он ухитряется зарабатывать на жизнь благодаря своеобразному мужеству, которое делает его беззаботным, веселым и дерзким, а этому мужеству помогает некоторая способность к писательству, тогда как удобное невежество и отсутствие интуиции скрывают от него все опасности и унижения, страх перед которыми сковывает людей более тонких. Граф радушно идет им навстречу.