Уиздом. Поцелуй-ка меня! Ты сегодня премиленькая, шалунья. Мне следует вознаградить тебя за все упущенные тобой развлечения.

Миссис Уиздом. Так ты не положишь деньги в условленном месте, как того требуют разбойники? Пожалеешь двадцать гиней, чтоб спасти жизнь своей бедной женушки?!

Уиздом. Будешь сидеть дома – никто тебя не убьет. А мои двадцать гиней останутся при мне, и другие денежки целы будут.

Миссис Уиздом. Но я потеряю всех своих знакомых. Я не смогу возвращать им визиты.

Уиздом. Ну а я избавлюсь от всех мучений. И коли в этом мне помог человек, подбросивший письмо, я премногим ему обязан, ей-богу! Я готов привязать к дверному молотку целый мешок денег, лишь бы не слышать этого постоянного «трах-трах-трах» у моих дверей.

Софтли, Уиздом, миссис Уиздом.

Софтли. Мое вам почтение, мистер Уиздом, а также и вам, сударыня. Мистер Уиздом, один из ваших друзей дожидается вас у Тома.

Уиздом. Раз он пришел, я должен покинуть тебя на часок, дорогая. На, возьми ключ от моей спальни и принеси мне пачку бумаг с конторки.

Миссис Уиздом. Сейчас, радость моя. (В сторону.) Вот повезло! (Уходит.)

Уиздом, Софтли.

Софтли. Кажется, затея удалась на славу?

Уиздом. Точно, как я того хотел. Она теперь из дому ни ногой. Потребовав двадцать гиней за мою благоверную, вы оказали мне такую услугу, словно выписали мне чек на столько же сотен фунтов.

Софтли. Ах, если б ваше угрожающее письмо моей жене имело такой же успех! Но, увы, оно произвело как раз обратное действие. Она клянется, что, не желая прослыть трусихой, будет теперь выходить чаще, чем прежде. А чтобы не показаться неосмотрительной, заставила меня разориться еще на одного лакея. Сидеть бы ей дома, а она вместо того таскает за собой все мои мушкетоны