Еротие. Мы же, господа, должны поделить между собой обязанности. Ты, господин Милисав, скажем, напишешь распоряжение… Хорошо! Ты, господин Вича, к примеру, возьмешь на себя город… Хорошо! Ты, господин Жика, скажем, будешь… (смотрит на него, тот дремлет) спать!

Жика. Так точно!

Еротие. Ты, Таса, скажем, будешь переписывать распоряжения. Хорошо! А кто же отправится по уезду? Кто-нибудь да должен выехать в уезд!

Жика что-то мычит.

Ты что, господин Жика? Говоришь что-нибудь или нет?

Жика. Говорю… госпожа начальница могла бы отправиться в уезд.

Еротие. Вот тебе и на! Как же она может отправиться в уезд по служебному делу?

Жика. Председатели общин боятся ее больше всех.

Еротие. Что она строга, это верно, с этим я согласен. Но что не годится, то не годится. Не могу же я отправиться в уезд, я должен быть здесь; каждую минуту может прийти какая-нибудь новая депеша от господина министра. Я должен быть здесь. Если бы ты, господин Жика, хоть как-нибудь преодолел свою дремоту. Ведь это такой момент! Государство требует, чтобы все мы были бдительны.

Жика. Да я мог бы… только…

Еротие. Только заснешь в первой же общине, и кто знает, когда проснешься! Ладно, лучше уж спи здесь, в городе тебя мы сможем разбудить, если понадобишься. Не остается ничего другого, господин Милисав, как тебе быстро написать распоряжение и потом отправляться в уезд!

Жика. Так точно!

Йоса, те же.

Йоса приносит визитную карточку и передает ее Виче.

Еротие. Что такое?

Вича. Алекса.

Еротие. Скажите пожалуйста! Я не имею визитных карточек, а у Алекси они есть.

Вича. Да ведь знаете, как бывает… был жандармом в Белграде. Стоял у дверей министров.

Еротие. Дай-ка сюда, я посмотрю! (Берет карточку и читает.) «Алекса Жунич, уездный сыщик». Да что он, с ума сошел? Кто же это в открытую говорит, что он сыщик?

Вича. Он говорит, что раньше, когда он это скрывал, никак ничего не мог узнать, а сейчас ему все наговаривают друг на друга.