Женщина. Батюшки-светы! Кто бы мог подумать!

Проводница. Только не на таковскую нарвался! Мне хоть крестный отец, хоть папа римский — вмиг шваброй окрещу, оглянуться не успеет!

Женщина. Кстати, папа римский — поляк.

Проводница. Да ну?

Женщина. Ей-ей, врать не буду. Я в Польше была — своими глазами его видела.

Проводница. И что, похож на этого?

Женщина. На этого? (Задумывается.) Как две капли воды. Тоже не молоденький и страсть какой терпеливый. Два часа чего-то языком молол, всех крестил — я бы сто раз плюнула, а он как заведенный.

Проводница. Но этот, который наш, вроде бы атеист.

Женщина. Тогда точно — не римский папа. У поляков атеистов нет, они все в Бога верят. Нет, не папа. И потом, откуда папа римский в поезде Калинов — Москва? Да еще под номером 666? Нет, не папа. Наш, русский. Точно говорю.

Проводница. Да. И как только нам в голову такая чушь пришла?

Женщина. Да, вроде взрослые женщины. Время, наверное, позднее. Вот и лезет всякая дичь в башку…

Поезд останавливается. Голос диспетчерши сообщает: «Скорый поезд 666 Калинов-Москва прибыл на первую платформу». Проводница выходит в тамбур, слышно, как гремит, опускаясь, лестница. Женщина возвращается к себе в купе.

Уходят.

Занавес.

* ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ *

Перегон третий. Рамешки-Неяхта. Август 1991 года.

Поезд трогается. В коридор выходят Писатель и Дрюндель.

Дрюндель (с сомнением). Значит, с ходу — и в дамки?

Писатель. В ферзи, Дрюндель, в ферзи. Шашки и домино — для плебеев. Осваивай благородные манеры. Тебе это проще, чем Вовчику.