Первая работница. Я не пудрюсь, врешь. Это, может, твоя жена пудрится.

Елизар. У меня жены нет. Я вдовый.

Анка. Вот что: летите, ребята, отсюда к чертям!

Илюша. А ты что, за мастера у них?

Анка. Да-с!

Елизар (сел). Нет, нам поговорить охота, опять же обзнакомиться, — в одном цехе состоим. Может, вы нас на соревнование вызовете, бабочки?

Первая женщина. Тут тебе «бабочек» нет. Не на улице.

Митрофан. Елизар, не мешай, не мешай! Видишь, люди промышленность подымают. Особливо вон та, небольшого росту, и нос у нее пятаком.

Вторая работница (Анке). Ну, чего они дражнются?.. Вот еще прилезли!

Елизар. Ой, смотри, соску дома забыла!

Женщина в красном платке. Я б на вашем месте молчала.

Илюша. Почему, кума?

Женщина в красном платке. Потому, кум! Завод-то довели… Два дня чистим — очистить не можем. Свинятник, а не цех!

Митрофан. Спасибо, вы явились, а то бы мы погибли.

Елизар. Большая нам опасность без вашего присутствия угрожала.

Вторая женщина. Угрожала! Я говорю, угрожала — значит, угрожала. Ты над нами не смейся, чорт черномазый, мы тебе не куклы, а одной фамилии род. И пришли и заступили. Что? Стыдно? Почему-то ваших товарищей, охломонов деревенских, от ворот не берут. Кто они такие?(Говорит на «о».) «Подработать пойду до Покрова…» Такие и бросают все. А нам не бросить — наше. Муж тут, я тут и дети тут. Случись что — заступим, а вы гавкаете. Ну, чего глазами хлопаешь?.. Вали, покуда в шею не дали! Вам сказано! (Анке.) Нюрочка, бери круг, долго они тут будут… Девки, вперед!