Ванек. Я так не считаю...
Станек, Даже если б вы так и считали, я все равно бы на вас не сердился, потому как прекрасно понимаю, откуда идет этот предрассудок.
Неловкая пауза.
Фердинанд!..
Ванек. Да?
Станек. Я знаю, как дорого вам приходится платить за то, что вы делаете... Но поверьте, что человек, которого официальная система, к счастью или, наоборот, к несчастью, все еще признает и который при этом хочет остаться в ладах с собственной совестью... ему тоже не очень-то легко...
Ванек. Я верю.
Станек. В определенном смысле, может быть, даже еще труднее.
Ванек. Понимаю.
Станек. Но позвал я вас, естественно, не для того, чтобы перед вами оправдываться... И главное, я не знаю — в чем... Позвал, скорее, потому, что люблю вас... И мне было бы неприятно, если б вы разделяли те предрассудки, которые, по моим предположениям, есть у ваших друзей.
Ванек. Насколько мне известно, никто о вас плохо не говорит.
Станек. Даже Павел?
Ванек. Даже Павел.
Неловкая пауза.
Станек. Фердинанд!
Ванек. Да?
Станек. Извините...
Станек подходит к магнитофону и включает его. Звучит тихая музыка.
Фердинанд, вам говорит что-нибудь имя Явурек?
Ванек. Вы имеете в виду песенника? Я его хорошо знаю.
Станек. Тогда вам, наверное, известно, что с ним случилось?
Ванек. Конечно. Его арестовали за то, что он во время какого-то своего выступления рассказал анекдот о полицейском, который встретил на улице пингвина.