Франсуаза. «Генерал…»

Эрве. Но и не засыпайте.

Франсуаза. «Генерал?… Простите, я не расслышала вашей фамилии…»

Эрве. «Бонапарт. Смешная фамилия, правда? А если бы вы знали, какое у меня имя!» (Смеется над своей репликой, кажущейся ему верхом остроумия.) Вот это здорово, вот будут смеяться!., «…если бы вы знали, какое у меня имя!» И это говорит Наполеон! (Смеется снова.) Как смешно!

Франсуаза не смеется.

Это все-таки смешно! Хотя не так уж смешно. В конце концов, это совсем не смешно.

Франсуаза. Мэтр, это очень забавно.

Эрве. Продолжим. (Читает). «Мадемуазель, вы не принимаете меня всерьез, потому что я – простой, незаметный генерал! Но никогда не нужно сердить корсиканца, это очень опасно, вы не представляете, к чему это может привести! Нас считают ленивыми и поэтому нас не боятся – заблуждение! Наоборот, подумайте о всех корсиканцах, которые веками спали после обеда – какая аккумуляция энергии! И когда в один прекрасный день эта энергия соберется в сгусток в одном-единственном человеке – какой взрыв, мир содрогнется!» Браво! Очень хорошо, моя деточка, я очень рад всему, что услышал.

Франсуаза. Но я ничего не сказала!

Эрве. Вы прекрасно слушали! Бездна таланта! Не совсем так, как Габриэль вначале… Вы не совсем такая женщина, как Габриэль, но кровь так же кипит в ваших жилах! И с того самого мгновения между этой женщиной и мною начался фантастический поединок! Схватка между энтузиазмом и косностью! Я раскалил Габриэль добела, я ее выковал ударами молота, выковал в потрясающую форму. Вы знаете продолжение – четыре моих пьесы, четыре триумфа! (Бросается к Франсуазе, заставляет ее встать, заключает в объятия.) И вот, все начинается снова! Скажи мне, ты хочешь, чтобы я тебя тоже выковал, сформировал, вылепил, как скульптор свое творение? Ты хочешь?

Франсуаза. О да, мэтр, о да!

Эрве. Прекрасно… Тогда оставим на минуту пьесу и будем импровизировать… Я хочу знать, до какого предела ты можешь выразить чувственное желание! Ведь Жанна де Мерикур по сути своей в высшей степени эротический персонаж.