Эрве. Нет, я не кончил, но что делать? Это твой кабинет, не могу же я лишить тебя твоего кабинета, что ты собой представляешь без твоего кабинета? Подготовь контракт мадемуазель Франсуазы Ватто.

Пьер (прыгая от радости). Ты ее берешь! Великолепно! (Останавливается как вкопанный под устрашающим взглядом отца.)

Да, я думаю, это хорошая мысль. То есть, конечно, это меня не касается…

Эрве. Нет. Не касается. Ни с какой стороны. Почему же ты скачешь?

Пьер. Я скачу, потому что я молод и порывист.

Эрве. Нет. Ты скачешь потому, что ты думаешь: «Красивая девочка, целый месяц я буду с ней бок о бок, дело в шляпе!» Пусть это тебя не смущает, Франсуаза, но мой сын не пропускает ни одной юбки!

Пьер. Папа, ты тоже!

Эрве (в ярости). Поосторожней, Пьер! С этой минуты Франсуазой распоряжаюсь я! Ты знаешь мой принцип; во время работы – только работа, и ничего больше! Из этого следует, что, если я услышу, что ты скажешь Франсуазе что-нибудь, кроме «здрасте» и «до свиданья», – распростишься с театром. (Идет вправо.) Принесите мне на сцену экземпляры пьесы. (Уходит.)

Как только дверь закрылась.

Франсуаза (с воплем). А-а-а!… Тебе нравятся только «жвачные животные»!

Николь, Робер и Пьер. Шшш!

Франсуаза. А-а-а! Ты любишь коров?!

Робер подслушивает у правой двери.

Пьер. Да пойми ты – он освобождает пространство вокруг,

чтобы царить одному!

Франсуаза. Да, это правда. Он хотел, чтобы я разделась! О! Мой дорогой! (Замечает Эрве, входящего в дверь слева.) Нет, мсье, не подходите ко мне. Ваш отец сказал, чтобы я с вами не разговаривала.

Эрве. Правильно.

Робер. А! (Подскакивает, увидев Эрве, появившегося из двери, за которой он не наблюдал.)

Эрве (Роберу). Подскочил? Почему? Не лги! Отвечай, почему ты подскочил?

Робер. Потому, что я молод и порывист.