Я вышел на улицу. С еще одним парнем в форме, которого я знал в лицо как местного жителя (он тоже вернулся домой покушать), мы собрались добежать до нашей части, но нас еще минут на 15 остановили женщины. К этому времени мои другие соседи подоспели. Я так понял, что в этот момент большинство ребят из частей ушло. Было объявлено, что ничего не будет, и поэтому все решили уйти домой подкрепиться.

Ну и получилось – со всего города начали стекаться опять к штабу ребята. И мы тоже решили добежать до штаба, другого выхода у нас не было. Чего – мы сидели бы дома, а ребята бы гибли, что ли? И мы добежали до штаба. До утра переждали. Где-то в 5 или 6 часов утра нас из штаба перебросили на западную окраину города, это около селения Тбет. Нас перебросили под это село. Наша разведка доложила, что с той стороны на нас движутся танки.

У нас были автоматы и два гранатомета. Гранатометы были с зарядом не противотанковым, а противопехотным. Но мы очень доблестно себя показали, час сдерживали танки. Танкисты не знали, что наши гранатометы не страшны против техники. Они выезжали из-за укрытия, стреляли по нашим позициям и обратно уходили, потому что видели, что по ним тоже стреляют. Так продолжалось до тех пор, пока у нас не кончились снаряды.

Нам все же пришлось отступить. Мы отступили до города и засели в первых домах на улице Целинников. Там стоят корпуса, в подвалах которых мы засели. Ждали танков и думали, что за ними пойдет пехота и тогда у нас появится возможность хоть как-то повлиять на ситуацию. Но пехоты не было. Пришли только танки.

Танки прошлись по всей этой улице, все снесли, все, что двигалось, они просто расстреливали.