— Сигареты "Житан" — О,35 вместо О,6О, виски 11,1О и так далее, а оптовые цены и того меньше.

— Почему ты не ешь? — спросила Майя.

Деон отодвинул тарелку.

— Лишь бы таможенники к нам слишком не приставали.

— С чего бы? Ведь это разрешено. Есть документы.

Деон посмотрел на нее отсутствующим взглядом и, как бы не желая говорить на неприятную тему, сказал:

— Не прочь бы выпить горячего кофе.

Майя встала и направилась к плите.

— Ты довольна, что я взял тебя?

— Да, ты ведь знаешь мои привязанности. Море и яхты… Это моя жизнь.

— В Испании ты увидишь большие города…

— Больше всего меня интересует Атлантический океан, сказала Майя, — там я буду впервые.

— Это совсем другое дело… Надо принимать во внимание приливы и отливы как только пройдем Гибралтар. Вот я помню мою первую поездку в…

Он стал вспоминать. Майя знала все эти истории, он часто повторял их, но сегодня его речь звучала еще назойлевей и как-то более нарочито.

— В восемь… На сторожевом посту… Окруженный вьетнамским батальоном…

Он курил сигарету, опустошая чашку за чашкой.

Майя спросила себя "А что, если так будет продолжаться все время?"… Его болтовня ей порядком осточертела.

— … Тогда я командовал джонками в титуле адмирала…

2

Не без труда снявшись с якоря, в восемь утра они отплыли. У Деона был вид не спавшего всю ночь человека, и только чашка черного кофе придала ему бодрости.

В тридцати метрах от яхты, на палубе двухмачтового парусника стоял единственный зритель в этот ранний час и наблюдал с нескрываемым любопытством за Деоном и Майей. Его судно — "Огненная дева" — выглядело разбитым и заброшенным. Краска слезла, якорная цепь покрылась ржавчиной. Заметив, что на него обратили внимание, незнакомец помахал рукой. Деон ответил на приветствие.