Перекупщик. Или газом потравят как в Норд-Осте.

Марина. Лучше подождать, возможно, все и так образуется, тем более, что бандиты обещали, что нас не тронут.

Депутат. Нашли, кому верить.

Лариса. Уж не вам ли верить? Мне надо позвонить домой, у меня, наверное, уже мать с мужем с ума сходят. Герман, у тебя есть телефон, ты же им не сдавал.

Герман. Считай, что нет. (Вынимает из кармана телефон и бросает взгляд на дисплей). Еще утром батарея сдохла. Вчера забыл подзарядить.

Депутат (задумчиво). Все равно, у меня хуже всех ситуация. Жена думает, что я еще на прошлой неделе уехал в командировку во Владивосток. Не хотелось бы ей попасться под горячую руку, после того как она узнает из новостей, что я все это время находился в Москве.

Новый русский (вскакивает со стула и вновь начинает метаться по сцене). Нет, надо что-то делать, нельзя просто так сидеть и ждать, как бараны на бойне. У меня самолет через пару часов. Черт, откуда это дует? (Откидывает какой-то планшет с плакатом и обращается к Директору, показывая на дверцу, которую прикрывал плакат). А это что такое? Куда он выходит?

Директор. Да это люк строители проделали и забыли заложить. Выходит на соседнюю улицу.

Новый русский. Отлично! А ключ от замка у вас есть? Или ломать придется?

Директор. Должен быть (достает из кармана связку ключей), да толку от этого мало, люк, скорее всего, снегом завалило.

Новый русский (берет протянутый антикваром ключ). Ну, это не самое страшное. Мне как-то пришлось от моих кредиторов по балконам с двенадцатого этажа уходить.

Марина. А если бандиты рассердятся. Вы же слышали, у них есть оружие.

Новый русский (открывает люк и выглядывает наружу). Никого нет. Проход открыт, кто со мной? Давайте, уходим, мы свободны. Никто из присутствующих не делает даже движения в сторону люка. Большинство опустило глаза, изучая степень сохранности своей обуви.