Кукла. Я его с большим трудом уговорил прийти: он боялся вам помешать в воскресенье.

Роксана. Он мне никогда не мешает.

Кукла (в люк). Ты слышишь, Матье? Я же тебе говорил: ты ей никогда не мешаешь. Так же, как и она тебе. Пора уж давно это знать. (Роксане.) Если вы его как следует попросите, я думаю, он наберется смелости и войдет.

Роксана (обращаясь уже в люк). Ну влезай же, дурачок!

Кукла. Вот он, Роксана, вот он!

Матье (появляясь с куклой на руке). Доброе утро, моя самая-самая! Как поживаешь?

Роксана. Во всяком случае, лучше, чем ты!

Матье. Откуда ты знаешь?

Роксана. Раз ты появляешься с Двойничком, значит, все еще маешься!

Матье. Угадала!

Роксана. Интересно, ты всегда будешь прятаться за куклу, когда у тебя творческий кризис?

Матье. Разумеется! Двадцать лет назад я променял кукольный театр на кино – впрочем, по совету моего же Двойничка – и с тех пор без его помощи не написал ни строчки!

Роксана. Позволь тебе заметить, что сейчас даже с ним у тебя ничего не получается!

Матье. Что правда, то правда: в последнее время у него перебои с вдохновением, но это все же не повод расставаться с таким преданным соавтором.

Роксана. Тебе надо было включать его в титры фильмов!

Матье. А он имел на это полное право! Сколько хороших реплик он мне подсказал!

Роксана. Между прочим, и я тоже!

Матье. О, ты! Я тебе обязан не одними репликами! Ты…Ты создала целый фильм. Мой лучший фильм: «Боги послали нам счастье!»

Роксана. Прекрасное название!

Матье. Было бы еще прекраснее, если бы они его нам сохранили!

Роксана. Ты думаешь, они нас совсем покинули?

Матье. Нет, не совсем, но после Греции они к нам изменились.

Роксана. Естественно! То были боги Олимпа. А сейчас это боги Монпарнаса. Но эти не хуже.

Матье (немного помедлив, резко меняет тон). До чего ж хороша была там Морган!