Пистолет вырвался из пальцев, улетел вверх по дуге и упал в бассейн, словно булыжник. Холден прыгнул вперед и нанес прямой удар не успевшему прийти в себя часовому основанием ладони в челюсть, одновременно саданув его коленом в живот. Голова того запрокинулась назад, затем качнулась вперед, и тело сложилось, словно складной нож. Дэвид грохнул кулаком с зажатой в нем рукояткой ножа слева в висок, и мужчина опустился на землю.

Вдруг Холден услышал за спиной топот. Он моментально повернулся и понял, что недооценил первого противника. Тот оказался крепким малым и после удара, который отправил бы в глубокий нокаут любого, поднялся на ноги и бежал на него. Дэвид отшатнулся, потерял равновесие и едва не свалился в бассейн. Часовой пронесся мимо и припал на колени, стараясь остановиться, когда понял, что промахнулся. Холден кинулся на него, но тот мгновенно обернулся и в его руке тускло блеснула вороненая сталь пистолета.

Дэвид потянулся к кобуре, не сводя взгляда с противника.

Краем глаза он уловил рядом какое-то движение.

На часового летела Рози Шеперд, вытянув вперед правую ногу, подогнув под себя левую и немного согнувшись в талии. Удар пришелся по правому предплечью, охранник упал набок и выронил пистолет, который далеко отлетел по дорожке. Холден бросился на часового сверху и звезданул его в челюсть утяжеленным рукояткой кулаком. Голова того с костяным стуком ударилась о бетон, и он затих.

Рози опустилась рядом, когда он щупал пульс охранника.

– Ничего страшного. Жив.

– Здоровый черт, – заметила она.

Дэвид взглянул на нее, поднялся и проверил второго часового. Как и первый, он всего лишь потерял сознание и дышал нормально. Они связали их по рукам и ногам и оставили так, решив не затыкать рот, чтобы не вызвать смертельного удушья.

Скопалини стоял рядом, пока Холден и Рози оттаскивали оба тела за кустарник у бассейна. Шеперд подняла отлетевший пистолет – это был «Браунинг», отстегнула обойму и забросила ее в воду, а разряженный пистолет – далеко в кусты.