Дэвид посмотрел на часы. Они уже не укладывались в график проведения операции. В пять двадцать три трансформатор будет включен вновь, а сейчас – пять двенадцать.

Они подбежали к стеклянной двери дома. Скопалини тащился сзади. Охранная сигнализация не работала, поэтому с дверью можно было не церемониться. Холден навалился на створки, между которыми образовалась небольшая щель, и заметил, что дверь закрыта не на замок, а всего лишь на защелку. Он вогнал в щель у ее язычка широкое лезвие ножа и с силой повернул его, как рычаг. Раздался треск лопнувшего дерева, Дэвид поддал плечом, и створки распахнулись внутрь.

За дверью оказался огромный холл и даже в темноте мебель в нем казалась величественной.

Второй в дом шагнула Шеперд. Цепочку замыкал Скопалини, который снял свой рюкзак со спины и держал его в руках, словно мешок с грязным бельем.

Сейф находился в кабинете Костигена, расположенном в дальнем конце особняка.

Несмотря на то, что снаружи дом казался старинным, внутри он был просторным и комфортабельным. Они пробежали холл, пересекли большую гостиную с высоким потолком и остановились перед широкой резной деревянной дверью. На удивление, она оказалась незапертой и легко открылась. Рози шагнула в дверной проем плечом к плечу с Дэвидом, держа автомат наготове у правого бедра. Эта дверь отделяла основную, жилую часть дома, от офиса Костигена – помещения для посетителей, комнаты секретаря и его служебного кабинета.

Быстро захлопнув за собой дверь, они очутились в кромешной темноте – в помещении для посетителей не было окон, – и Холден включил карманный фонарик.

Вперед, быстрее вперед. Они оставили за собой комнату, пробежали по коридору и очутились перед дверью, ведущей в кабинет Костигена. Однако очередного чуда не произошло – она была закрыта на замок.

Дэвид повернулся к Скопалини.