Принца я сделала своим рабом, а его раба, тирийца, — своим господином на протяжении целой луны.

Шутки ради я обручилась с ним и ввела его в дом свой. В доме у меня есть дивные вещи…

Волосы твои покрыты пылью пустыни, ноги в кровь изодраны терниями, тело покраснело от солнца. Пойдем со мной, Гонорий, и я одену тебя в шелковую тунику. Я умащу тело твое миррой и волосы твои благоуханным нардом. Я украшу тебя яхонтами и дам вкусить тебе меду. Любовь…

Гонорий. Нет иной любви, кроме любви к богу.

Миррина. Кто же он, чья любовь выше любви смертных?

Гонорий. Он — тот, кого ты видишь на кресте, Миррина. Он — сын божий, родившийся от девы. Трое царей-волхвов принесли ему дары, и пастухи, спавшие на холме, были разбужены небывалой яркости светом.

Сибиллы узнали приход его. Рощи и оракулы говорили о нем. Давид и пророки возвещали его пришествие. Нет иной любви, кроме божественной, и никакая другая не может сравниться с ней.

Плоть мерзостна, Миррина! Господь воскресит тебя в новой плоти, которая не будет знать греха, ты будешь обитать в селениях праведных и узришь того, чьи власы как тонкая шерсть, а ноги из меди.

Миррина. Красота…

Гонорий. Красота души растет, чтоб обрести дар видеть бога. И потому, Миррина, раскайся в грехах твоих. Он раскрыл двери рая перед разбойником, который был распят с ним рядом.

Миррина. Как странно он говорит со мной!.. С каким презрением он смотрит на меня! Почему он так странно говорит со мной?.. (Уходит.)

―――――――