Гонорий. Миррина, чешуя спала с очей моих, и отныне я вижу ясно, чего не видел прежде. Веди меня в Александрию, дай мне вкусить семь смертных грехов.

Миррина. Не смейся надо мной, Гонорий, не веди со мной таких обидных речей. Ибо я раскаялась в грехах своих и ныне ищу пещеру в пустыне, где бы и я могла жить, для того чтобы душа моя стала достойной узреть бога.

Гонорий. Солнце близится к закату, Миррина. Идем со мной в Александрию.

Миррина. Я не пойду в Александрию.

Гонорий. Прощай, Миррина.

Миррина. Гонорий, прощай. Нет, нет, не уходи!

―――――――

Я прокляла свою красоту за все, что творилось ради нее, прокляла роскошь тела моего за то зло, которое оно тебе причинило.

Господи, человек этот привел меня к твоим стопам. Он говорил мне о твоем пришествии, о чуде твоего рождения и о великом чуде смерти твоей. Через него, господи, ты открылся мне.

Гонорий. Ты говоришь, как ребенок, Миррина, не зная, что говоришь. Не складывай молитвенно рук. Зачем ты пришла во всей красе своей в эту долину?

Миррина. Бог, которому ты молишься, привел меня сюда, чтобы я могла раскаяться в своих беззакониях и признать его нашим господом.

Гонорий. Зачем же ты соблазняла меня речами своими?

Миррина. Затем, чтобы ты видел грех под его расписной личиной и смерть в одежде бесславия…

Примечания

«Святая блудница, или женщина, покрытая драгоценностями» («The Woman Covered, with Jewels»)

Сохранился только фрагмент рукописи. Полный текст этой одноактной трагедии был подарен автором некоей светской даме, не удосужившейся сохранить его, а авторский экземпляр пропал вместе с текстом «Флорентийской трагедии». Предполагают, что, как и «Саломея», пьеса была написана Уайльдом для Сары Бернар.