ЛЮЧЕ. Феликс, я стараюсь…
ФЕЛИКС. Но ведь ты вернешься.
ЛЮЧЕ. Вернусь в Литву. Не к тебе.
Пауза.
ФЕЛИКС. Почему все меня бросают?
ЛЮЧЕ. Потому что ты невозможно легкий. Невозможно удобный. Рядом с тобой нечего делать. Я не умею так жить.
ФЕЛИКС. Бред.
ЛЮЧЕ. Я знала, что ты не поймешь.
ФЕЛИКС. Тебе скучно со мной?
ЛЮЧЕ (нежно, словно прося прощения). Необыкновенно…
ФЕЛИКС (плачет). Мне… тоже…
Люче катается на полупустой ледовой арене. Закрыв глаза, чуть улыбаясь. Вытянув руки, словно самолетик. За символической перегородкой с окошком сидит Парень, сдающий в аренду коньки, и его жена Таня – дистрофичного вида крашеная блондинка с больными глазами. В коляске чмокает полугодовалый ребенок.
ПАРЕНЬ (ласково). Таня, иди домой.
ТАНЯ. Посижу.
ПАРЕНЬ. Посидела уже. Иди.
ТАНЯ. Выгоняешь меня?
ПАРЕНЬ. Нет. Но сколько можно здесь сидеть? С утра ничего не ела.
ТАНЯ. Как это ничего? А котлету кто дал откусить?
ПАРЕНЬ. Извини, несколько кусочков – это обед?! Оттого и молоко пропало. О ребенке больше бы думала.
ТАНЯ (оскорбившись до глубины души). Это я не думаю о ребенке?.. Днем и ночью с ним! А молоко у меня пропало, если хочешь знать, из-за тебя. Как тогда не вернулся, я так испугалась, в больницы звонила… В полицию… Как дура. Потому и молоко пропало! Что, не так?
ПАРЕНЬ. Хорошо, хорошо. Но есть всё равно нужно.
ТАНЯ. Я и ем.
ПАРЕНЬ.