ТАНЯ. Когда ты не видишь.

ПАРЕНЬ. Дай-ка вспомнить, когда в последний раз тебя не видел…

ТАНЯ. Я некрасивая, когда ем.

ПАРЕНЬ. Ага.

ТАНЯ. Сам сказал. Рот в крошках, щеки, как у хомяка…

ПАРЕНЬ. Рассказывай-рассказывай. Крошку с подбородка стряхнул, доброе дело хотел сделать… А она уже и напридумывала. Если хочешь знать, эта крошка тебе даже очень… шла.

ТАНЯ. Шла?.. Крошка?.. Ты, что, больной?.. Что ж мне теперь – с крошкой ходить, чтоб тебе понравиться?

ПАРЕНЬ. Ай, Таня… Не начинай.

ТАНЯ. Нет, ты скажи. Чем уж так понравилась крошка? Я химию уложила. В солярий вот хожу… А для него, оказывается, крошка самая красивая.

ПАРЕНЬ (пытаясь подольститься). Маленькая, черненькая, шоколадная крошечка… Ну-ка, посмотрим, что с тобой случилось в солярии. (Пытается заглянуть в вырез.) Ого, сколько шоколада-а-а-а!

Таня садится к нему на колени. Целуются. Он сует руки под ее короткую юбку.

ТАНЯ. Люби… меня…

ПАРЕНЬ. Сейчас?

ТАНЯ. Сейчас, сейчас…

ПАРЕНЬ. Что, правда сейчас?..

В коляске начинает хныкать ребенок.

ПАРЕНЬ. Таня, ребенок…

ТАНЯ. Подождет. Ну, давай…

ПАРЕНЬ. Может, он голодный?

ТАНЯ. Нет. Я голодная. А он…. Просто маленький… (Расстегивает его штаны и запускает туда руку.) Ой, какой маленький. (Отшатывается. Смотрит недоверчиво, с явным упреком.) Ко-о-ти-ик?..

ПАРЕНЬ (начинает чувствовать себя виноватым). Ну… Мы не одни… Я на работе…

ТАНЯ. Тебе здесь не место. (Опускается на колени на пол и прижимается ртом к расстегнутому клину штанов.) Ты – летчик.