— Только этого не хватало!

Кремер поспешил откланяться.

Вернулся он через час без иконы, сразу сел за машинку. Он перепечатывал главы из книги «Нравы обитателей морских глубин», написанной в обстоятельной манере учебника по шахматному дебюту.

Гостиница просыпалась поздно и нехотя. Из служебного хода ресторана выбросили несколько пустых ящиков, они ударили по другим, стоявшим у стены, и вся пирамида с грохотом рухнула на крыльцо. В коридоре все чаще стали раздаваться шаги, щелканье замков.

В дверь неожиданно постучали, Кремер спрятал книгу.

— Помешал? Тысяча извинений! — У раннего гостя были крохотные глазки и русая небольшая бородка. На вид ему было лет тридцать пять. — Сигареты не найдется? — Он представился. — Ваш сосед, Шкляр. Дима Шкляр, художник.

Кремер назвал себя.

— Не могу помочь, к сожалению.

— Бросили?

— Не курил.

— Счастливец. Недавно приехали?

— Вчера, входите. Что с катанием?

— Сейчас введу в курс дела. Одну минуточку… Слышите? Это наша соседка. Она ходила в ресторан за сигаретами. Проклятая привычка: не могу не курить натощак! — Шкляр выглянул в коридор. — Вероника, я здесь!

Кремеру показалось, что Шкляр имеет по меньшей мере еще одну устоявшуюся привычку: несмотря на ранний час, он был изрядно навеселе.

— Можно? — Знакомая художника оказалась моложе его, выше ростом. — О! Человек приехал трудиться! — Она кивнула на машинку. — Неужели стихи?

— Проза, — под внимательным взглядом Кремер насторожился, — рассказы о рыбах, о природе, о горных лыжах… — Он показал Веронике на кресло.

Шкляр, не ожидая приглашения, сел на кровать.

— Снега в горах не было всю зиму. Общество скучное, средний возраст пятьдесят пять. Накатавшись, выпивают по стакану из знаменитого минерального источника Йоахима… Кое-кто заказывает и покрепче, — Шкляр выразительно провел рукой под подбородком, — потом обед, сон, — он повторил свой жест, — телевизор…