ЛИНДА. Слушай, если в воскресенье будет тепло, давай поедем за город. Опустим стекла и возьмем с собой еду:

ВИЛЛИ. В новых машинах стекла не опускаются.

ЛИНДА. Но ты же опустил их сегодня!

ВИЛЛИ. Я? Ничего подобного. (Пауза.) Нет, подумай, как странно! Просто удивительно! (Замолкает от изумления и испуга.)

Вдалеке снова играют на флейте.

ЛИНДА. Что именно, дружок?

ВИЛЛИ. Разве не странно?..

ЛИНДА. Что?

ВИЛЛИ. Я думал о . (Маленькая пауза.) В тысяча девятьсот двадцать восьмом году: когда у меня был тот красный : (Маленькая пауза.) Ей-богу, смешно! Я мог бы поклясться, что сегодня я правил тем самым :

ЛИНДА. Ну и что же, дружок? Что-то тебе его, видно, напомнило.

ВИЛЛИ. Удивительно! (Прищелкивая языком.) Помнишь? Помнишь, как Биф обхаживал ту машину? Покупатель потом не поверил, что она прошла сто тридцать тысяч километров. (Качает головой.) Вот! Закрой глаза, я сейчас вернусь. (Выходит из спальни.)

ХЭППИ (Бифу). Господи, неужели он снова угробил машину?

ЛИНДА (вслед Вилли). Осторожнее спускайся по лестнице, дружок! Сыр на средней полке. (Подходит к кровати, берет пиджак и выходит из спальни.)

В комнате мальчиков загорается свет, Вилли теперь не видно, слышно только, как он разговаривает сам с собой: и его тихий смешок. БИФ встает с постели и внимательно прислушивается. Он на два года старше Хэппи, хорошо сложен, но у него усталое лицо и куда меньше самоуверенности. Он не так преуспел в жизни, как брат, желания его глубже, а мечты труднее осуществимы. Хэппи – высокий, крепкий. Его чувственность – словно отличительный цвет или запах – явственно доходит до большинства женщин. Он, как и брат, чувствует себя потерянным, но совсем по другой причине. Он не решается взглянуть в лицо неудаче, все ему кажется зыбким и враждебным, хотя мир и представляется Хэппи куда более приемлемым, чем Бифу.

ХЭППИ (поднимаясь с постели). Если так будет продолжаться, у него отнимут права. Знаешь, он меня очень беспокоит.