Мартэн. Он слишком велик, чтобы искупить его покаянием. Отдай свои деньги церкви, отошли дочь в монастырь – ее молитвы угоднее богу: господь охотнее внемлет голосу невинности. А я буду служить за вас по четыре мессы на дню. За все это ты, быть может, еще получишь прощение или хотя бы меньший срок в чистилище.

Журден. Моя дочь должна завтра венчаться, как же я заставлю ее уйти в монастырь?

Мартэн. Силком заставь! От этого зависит твое спасение.

Журден. Но я уже поклялся, что не буду препятствовать ее браку.

Мартэн. Церковь освобождает тебя от клятвы – отныне было бы кощунством исполнить ее. Итак, не теряй времени, отошли Изабеллу в монастырь, да поскорее, а то, чего доброго, это окажется не в твоей власти.

Журден. Какой я жалкий грешник!

Явление одиннадцатое

Мартэн один.

Мартэн. И впрямь, жалкий ты грешник! А ведь такие жалкие грешники – наша опора. Нас кормят предрассудки, от коих у них пропадает вкус к жизни. Лучше этого монастыря я еще никогда ничего не придумывал. Если я спрячу мою милочку Изабеллу от взоров других мужчин, ее пылкий нрав станет моим лучшим союзником. Я готов был уже отчаяться, но меня спасло отчаяние этого старого дуралея. Хвала тебе, предрассудок!

Глаза мирянина застлав туманом,Ты помогаешь плутням и обманам.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Явление первое

Журден, Изабелла.

Журден. И тебе не жаль родного отца, человека, который дал тебе жизнь? Неужели ты могла бы спокойно слышать, как он вопит в чистилище?

Изабелла. Избави бог! Но почему вы думаете, что если отправите меня в чистилище на этом свете, то сами спасетесь от него на том? Я за ваши грехи не ответчица. С меня хватит собственных, уж вы мне поверьте!

Журден. В монастыре ты очистишься от всех грехов, а новых уже не совершишь.

Изабелла. Женщину не так просто оградить от греха. Да и с чего это вы решили, сударь, что моя эпитимья принесет вам отпущение? Поверьте, неделя поста сослужит вам лучшую службу, чем воздержание, на которое вы обрекаете свою дочь.