Сэр Джильберт (нагло). Да, закончили.

Логан (раздраженно). Тогда, быть может, вы скажете мне, что означают все эти кивки и перемигивания?

Сэр Джильберт. Пожалуйста. Вначале мы совершенно невольно обменялись взглядами удивления и уныния. Да, Траут?

Траут. Правильно, сэр.

Сэр Джильберт. Потом наш храбрый капитан поднял брови, как бы говоря: «Но мы же не можем этого позволить». Я, как в мимическом ансамбле, кивнул головой: «Нет, конечно, нет!»

Логан (с досадой). О чем вы вообще говорите? Что «нет, конечно, нет»?

Сэр Джильберт. Но это же совершенно ясно. Если вы будете в этой комнате сторожить сокровище, кто же будет сторожить вас?

Логан (возмущенный, встает). Вы хотите сказать, что…

Сэр Джильберт (резко прерывая его). Да, я хочу, так же как и Траут… Не так ли, капитан?

Траут (смущенно). Да, я вам скажу, положение сложное…

Логан. Ничего сложного тут нет. Вы сами его осложняете.

Траут (извиняющимся тоном). Да… не знаю… Я хотел сказать…

Логан (негромко, но раздраженно). Перестаньте мямлить. Я хочу подумать. (Делает несколько шагов, затем садится и в мрачном молчании думает.)

Сэр Джильберт (открывает портсигар и протягивает его Трауту; спокойно). Сигарету?

Траут (беря сигарету). Благодарю вас.

Сэр Джильберт. В такие моменты сигарета всегда помогает.

Из кухни выходят Берт и чета Парсонс. Они идут с торжественным, несколько смущенным видом.

Сэр Джильберт. Похоже на депутацию. Что вам угодно, Парсонс? Или вы, Симеон, будете говорить за всех?