Чокаются.

Симочка (вдруг). Не надо в лес, товарищ полковник! Он, этот лес… он жуткий.

Гололоб (удивление и легкое неудовольствие). Не понимаю таких слов… Это мне интересно, чтоб наша Симочка боялась лесу.

Симочка. Я не боюсь. Смешно.

Гололоб. А почему же ты людей пугаешь?

Симочка. А потому, что я в лесу старухой стала. Я, девчонка, в какие-нибудь семнадцать лет… народный мститель. Говорить легко. Лес, лес…

Гололоб. Но это же святое дело, Симочка.

Симочка. Святое… так и надо… я не протестую, не ропщу. Меня никто не принуждал. Делала и буду делать. Когда отца и мать убили, я дала клятву…

Гололоб (подходя к ней). Я знаю, девочка… Я лучше других понимаю.

Симочка. Нет. Вы мне дайте договорить. Вы думаете, я устала, жалуюсь? Ничуть! Я училась писать маслом, меня тянуло к синему в природе, а теперь я живу по ночам. Я научилась просматривать предметы сквозь темноту… а днем мне надо спать, скрываться… Народный мститель, правильно. Но только я-то что-то чувствую, переживаю…

Моряк (не просыпаясь, но так, как будто наяву). Тихо, тихо. Румыны драпу дают. Очередь по музыкантам. (Пробуждается. Сел, осмотрелся. Смущенная улыбка.) Извиняюсь. Грезы.

Колоколов. Моряк!.. (Протягивая кружку.) Выпей. За возвращенье в Севастополь.