Филя. А что предсказывает ваша хиромантия?

Софа. Конечно, вы не верите, а я верю. Ворожея четыре раза кидает карты, и четыре раза Борисику выходит казенный дом. Буквально через месяц узнаю: мой сын в Москве в детском доме. Живой! О!..

Филя. А что же говорят они насчет Одессы?

Софа. Гадается на человека, а на предметы не гадается. Предметы не имеют масти.

Гурий. Значит, судьбу Европы карты предсказать не могут?

Софа. Надо мне вашу Европу! Разве вы понимаете, что значит Одесса?.. Это… это… Ах, да разве это выскажешь одними словами!..

Моряк (во сне и во всю силу голоса). За мной!.. Вперед!.. Ура!..

Общее молчание.

Ты кому кланяешься? Ты немцу кланяешься? За командирами!.. (Торопливо вскакивает, осматривается.) Я извиняюсь. Грезы…

Колоколов. Спи, моряк, не беспокойся. Мы привыкли? Моряк. Благодарю! (Ложится и спокойно засыпает.) Гурий (пересчитывает набранные очки). Два… Король — четыре. Шесть… Одиннадцать плюс девять — двадцать.

Филя (кричит). Какие девять, что за девять? Опять арапский номер. Девятки не считаются. Назад!

Гурий. Разве я посчитал девятку? Ошибка… автоматически… клянусь!

Филя. На этих штучках ты у меня не отыграешься. Пятидесятую пишем.

Гурий. Подождите. Как перевалим за Урал — моя игра пойдет.

Поезд замедляет ход. Вокзальный шум. Внезапно просыпается Гололоб, за ним моряк.

Гололоб. Какая станция? Большая? (Сам сообразил.) Заметно, подходящая. А ну-ка, выходи из хаты, молодые люди. (У него яркий акцент украинца-южанина.) Пойдемте пошукаем, молодые люди, що-нибудь красивое на этой станции. Маруся, ты готовь нам борщ