А если разживется несколькими медяками, то непременно проиграет их, а без денег только знай лежит себе да ждет, чтобы ему с неба пришла спасительная телеграмма. Прихожу я, бывало, с работы, а он сидит и слушает радио, про бейсбол да про войну, а вечером опять про бейсбол да про войну. А когда передавали что-нибудь особенное, вроде матча с участием Джо Луиса, он страшно радовался, за много дней ни о чем другом и не говорил, а после матча опять скапустится и только ждет, ждет, ждет, чтобы хоть что-то произошло, чудо какое-нибудь… Да еще, бедняга, подбодрить меня пытался.

Фон следующей сцены – тихая музыка – блюз, как бы негромко передаваемый по радио.

Нэт. Да брось ты эту рубаху, крошка, и иди спать.

Крошка. Тут дырка. Надо зашить.

Нэт. Мне так больше нравится.

Крошка. Еще бы! Ты ведь известный неряха.

Нэт. Да не надрывайся ты так. Всегда что-нибудь делаешь.

Крошка. Мне так больше нравится.

Нэт. Посмотри на меня. Я создан для праздности и роскоши. Я рожден для вихря светских наслаждений, и как только мне начнет везти, детка…

Крошка. Каким это образом?

Нэт. А, да ты не волнуйся. Что-нибудь скоро случится. А вдруг придет письмо или там телеграмма – вроде как с неба! Ага! Так бывает. Только не знаешь когда. Бац! И готово! У тебя работа или что-то такое. И все здорово.

К р о ш к а. И ты в это веришь!

Нэт. Надо ведь во что-то верить, крошка, ведь надо.

Крошка. Видать, надо.

Нэт. Да неужели ты сама не веришь, что мне когда-нибудь повезет? Почему? Неужели я такой уж несчастный?

Крошка. Нет.

Нэт. Ага.

Крошка. Неохота мне об этом говорить.

Нэт. Так не говори.

Крошка. А, какая разница, лучше уж сказать.

Нэт. Ну, валяй. Сыпь.

Крошка. Ты сдаешь, Нэт. Расклеиваешься. Только на чудо и надеешься, а сам палец о палец не ударишь. Счастливого билета ты не вытянешь. Но, видать, тебе нужно во что-то верить. Нэт. Ай, брось. Не надо так.