Сцена I
Комната. Шторы опущены. Пылает камин. В кресле у огня, закутанный в пятнистый плед, дремлет Тременс. Он тяжело просыпается.
ТРЕМЕНС: Сон, лихорадка двух часовых, стоящих у ворот моей бессильной жизни… На стенах цветочные узоры образуют насмешливые лица; не огнем, а холодом змеиным на меня шипит камин горящий… Сердце, сердце, заполыхай! Изыди, змий озноба!.. Бессилен я… Но, сердце, как хотел бы я передать мой трепетный недуг столице этой стройной и беспечной, чтоб площадь Королевская потела, пылала бы, как вот мое чело; чтоб холодели улицы босые, чтоб сотрясались в воздухе свистящем высокие дома, сады, статуи на перекрестках, пристани, суда на судорожной влаге!.. (Зовет.)
Элла!.. Элла!..
Входит Элла, нарядно причесанная, но в халатике.
ТРЕМЕНС: Портвейна дай, и склянку, ту, направо, с зеленым ярлыком… Так что же, едешь плясать? ЭЛЛА: (открывает графин)
Да. ТРЕМЕНС: Твой Клиян там будет? ЭЛЛА: Будет. ТРЕМЕНС: Любовь? ЭЛЛА: (садится на ручку кресла)
Не знаю… Странно это все… Совсем не так, как в песнях… Этой ночью 