На несколько мгновений за столиком повисает молчание. Владимир как будто ждет, что Наталья еще что-то скажет. Последний раз затянувшись, с силой раздавливает окурок в пепельнице.

Владимир: Всё? Ты всё сказала? Теперь, наконец, я могу говорить?

Наталья молча кивает.

Владимир (с некоторой иронией): Спасибо. Я не знаю, кто кого дурачит. Но кто-то определенно говорит неправду. Не буду утверждать, что это ты. Только я знаю совершенно иную историю. Я ее расскажу, а потом мы с тобой попытаемся понять, кто из нас кого дурачит, если не сказать более грубо. Итак, ты внезапно пропала. Я еще продолжал по инерции заниматься предсвадебными хлопотами — заказывал зал, купил костюм и новые дорогущие туфли, хотел быть самым красивым мужчиной, хотел, чтобы ты не краснела за меня перед родственниками и друзьями. Я звонил, я приезжал домой — ни тебя, ни твоей мамы не было, все как в воду канули. Потом меня разыскала Ольга. Она-то и сообщила, что с тобой случилась беда…

Владимир на минутку замолкает, с некоторым сомнением смотрит на собеседницу.

Владимир: Натали, ты уверена, что я могу говорить правду? Ты в порядке? Выдержишь?

Наталья уверенно кивает. Владимир продолжает.

Владимир: Ольга сообщила мне, что у тебя очень большие проблемы. Рассказала о твоей дикой любви к Ковальскому — по ее словам, безответной. Сказала, что замуж за меня ты согласилась выйти сугубо ему назло, пусть даже он об этом совершенно не догадывался. Но чем ближе подходил заветный день, тем больше ты нервничала, тем чаще понимала, что не сможешь притворяться каждый день, изображать из себя любящую женщину. Ты не любила меня ни одного дня.