Входит Хефциба.

ХЕФЦИБА

Вы звали?

ЭЙНШТЕЙН

Я попросил бы не шуметь.

ХЕФЦИБА

Да, профессор. Сейчас.

ЭЙНШТЕЙН (исправляет схему, отступает на шаг.)

Да, конечно, так он и должен звонить. О, это красиво, это элегантно. Некоторые решения настолько разумеются сами собой, что вызывают у нас смутное ощущение совершенства. Госпожа Николас! (Он влезает на стремянку и закрепляет свободный конец оборванной проволоки звонка).

Входит Хефциба.

ЭЙНШТЕЙН

Входите, госпожа Николас. Я это нашел.

ХЕФЦИБА

Починили звонок?

ЭЙНШТЕЙН

Сделаем такое допущение.

ХЕФЦИБА

Как вам удалось?

ЭЙНШТЕЙН

Изложить доступно?

ХЕФЦИБА

Если возможно.

ЭЙНШТЕЙН

Если излагать доступно, то я соединил два конца проволоки.

ХЕФЦИБА

Понимаю.

ЭЙНШТЕЙН

Это звучит совсем просто. Знаете, чем я больше всего гордился в моей долгой жизни?

ХЕФЦИБА

Нобелевской премией.

ЭЙНШТЕЙН

Моей способностью облекать сложнейшие отношения вещей в будничные слова.

ХЕФЦИБА

Вы хотите сказать, что это было не так просто, как кажется?

ЭЙНШТЕЙН

Признаюсь вам, один или два раза я чуть было не сдался. Но я не отступил. Что начато, нужно доводить до конца.

ХЕФЦИБА

Странно, что вы это говорите. Ваша мать была черкешенка?

ЭЙНШТЕЙН

Нет, из Швабии. Я позволил себе позвать вас, госпожа Николас, чтобы попросить ассистировать мне при завершении эксперимента. Давайте сделаем сюрприз вашему брату. Окажите любезность занять позицию за дверью снаружи. Когда я подам вам знак, нажмите, пожалуйста, на кнопку, которую я пометил знаком омеги. Готовы? Три-два-один — давайте! (Он подает знак, раздается звонок). Он звонит.