(Несколько смущен.) Я и правда был немного несдержан?

Сестра Моника. Да, порядком.

Мебиус. Я должен был сказать им правду.

Сестра Моника. Еще бы.

Мебиус. Я был так взволнован.

Сестра Моника. Вы представлялись.

Мебиус. Вы меня раскусили?

Сестра Моника. Вы уже два года на моем попечении.

Мебиус (ходит взад и вперед. Затем останавливается). Ладно. Сдаюсь. Я действительно изображал сумасшедшего.

Сестра Моника. Зачем?

Мебиус. Чтобы навсегда распрощаться со своей женой и сыновьями. Навсегда.

Сестра Моника. Таким ужасным способом?

Мебиус. Таким гуманным способом. Прошлое легче всего забыть, если ведешь себя как безумный, а особенно если уже сидишь в сумасшедшем доме: семья может забыть меня с чистой совестью. Моя выходка навсегда отбила у них охоту меня навещать. Мне лично теперь все равно. Важно, как они будут жить. Сумасшествие дорого стоит. Пятнадцать лет добрая Лина платила за меня безумные деньги. Этому должен быть положен конец. Момент самый благоприятный. Царь Соломон открыл все, что он должен был мне открыть, система всех возможных открытий завершена, последние страницы продиктованы, и моя Лина нашла себе нового мужа — честнейшего миссионера Розе. Теперь вы можете быть спокойны, все в порядке, сестра Моника. (Хочет уйти.)

Сестра Моника. Вы действуете обдуманно.

Мебиус. Я — физик. (Направляется к своей комнате.)

Сестра Моника. Господин Мебиус!

Мебиус (останавливается). Да, сестра Моника?

Сестра Моника. Я хочу с вами поговорить.

Мебиус. Пожалуйста.

Сестра Моника. Это касается нас обоих.