Отверженные, мы мчались в глубины глубин

По направлению к белым звездам,

Которых все равно никогда бы не достигли.

Мы давно стали мумиями в наших кораблях,

Высохшими, покрытыми коростой грязи.

И в нашем оскале нет и тени воспоминания

О живом дыхании Земли.

 Старшая сестра входит справа в гостиную вместе с сестрой Моникой.

Старшая сестра. Бог с вами, господин Мебиус.

 Мебиус сидит в оцепенении внутри перевернутого стола, и лицо его безучастно как маска.

Мебиус. Вон! Убирайтесь вы все!.. На Марианские острова.

Лина Розе. Иоган Вильгельм...

Трое мальчиков. Папочка...

Мебиус. Убирайтесь. Скорей... на Марианские острова! (Угрожающе встает.)

 Семейство Розе перепугано.

Старшая сестра. Пойдемте, госпожа Розе, идемте, мальчики, пойдемте, господин миссионер. Он должен успокоиться, вот и все.

Мебиус. Вон! Вон! Вон!

Старшая сестра. Это небольшой приступ. Сестра Моника побудет с ним и его успокоит. Это небольшой приступ.

Мебиус. Выметайтесь. Живо! И навсегда! На Тихий океан!

Иорг-Лукас. Прощай, папочка, прощай...

 Старшая сестра уводит перепуганное, плачущее семейство в дверь направо.

Мебиус (кричит им вслед). Я не хочу вас больше видеть! Вы оскорбили царя Соломона. Будьте вы прокляты! Ступайте на дно вместе со всеми Марианскими островами, на одиннадцать тысяч метров вглубь, пропадите вы пропадом в самой черной дыре океана, забытые богом и людьми.

Сестра Моника. Мы теперь одни. Ваши родные вас больше не слышат.

Мебиус (с изумлением глядит на сестру Монику, наконец, по-видимому, приходит в себя). Ах так, ну, конечно...

 Сестра Моника молчит.