(А сама уже стала волосы его гладить.)

В это время распахнулась дверь, и в покои вбежал запыхавшийся Балакирев. На нем уже расшитый камзол камер-лакея. Вбежав, замер, увидев Екатерину и стоящего перед ней на коленях Монса.

Балакирев

Государь просит срочно государыню проследовать...

Екатерина

(взвизгнула, оттолкнула Монса)

Кто здесь?.. Зачем?

Балакирев

Камер-курьер Иван Балакирев. По личному приказу его императорского величества.

Екатерина

Это он велел без спросу в комнаты царицы входить?

Балакирев

Так точно! Государь просит срочно проследовать на балкон... Они в вашу честь серенаду зачинают петь совместно с принцем Голштинским!

Екатерина

И пусть поют. Уж неделю воют. Что ж за спешка?

Балакирев

В связи с восходом луны!.. Они жалают, чтоб государыня одновременно с ночным светилом на небе появилась... Для полной красоты картины и всеобщей гармонии мирозданья!..

Екатерина

Тьфу! Видать, снова напились, черти...

(Подобрала юбку, быстро пошла к балкону. Через секунду оттуда послышались приветственные возгласы, затем – звон гитар и нестройное мужское пение.)

Монс встал с колен, отряхнулся, оглядел Балакирева.

Балакирев

(бормочет под нос)

...Он так и сказал, царь, лети, говорит, дурак, сломя голову, а я говорю, а как же без докладу, а он говорит, я те в шею сейчас доложу, я и побежал...

Монс

(строго перебил)

Подслушивал?

Балакирев