И он, отправляясь в Турцию, задержался на пороге для прощальных советов:

- Потренируйтесь садиться на короткую посадочную полосу, прежде чем полетите в Бат. В сильную жару старайтесь не летать в Ярмут. Теперь все это ваше, приятель, желаю удачи.

Ларри был прав. Гринем-Коммон можно видеть издалека, но в ясную погоду, и вообще-то трудно заблудиться на пути из Уайт-Уолтема в Ньюбери. Есть ориентир - железная дорога в Эксетер, которая идет более или менее прямо из одного пункта в друзей. Мои пассажиры уже не раз летали в Ньюбери, и майор дал полезный совет: при посадке обращать внимание на электрические провода. Мы красиво приземлились на свежескошенной полосе, мягко подкатили прямо к концу трибун и остановились перед самым забором стадиона.

Колина Росса не было.

Я выключил мотор, и в непривычной тишине Энни Вилларс заметила:

- Он обычно опаздывает. Он говорил, что работает для Боба Смита, а Боб никогда вовремя не забирает своих лошадей.

Трое другие вяло кивнули, но раздражение все еще распирало их, и никто не начал обычную в таких случаях болтовню. Минут через пять такого тягостного молчания я попросил Голденберга разрешить мне выйти размять ноги. Он заворчал и грубо буркнул, что ему из-за меня придется вылезать на крыло. Я понял, что нарушил первое правило компании "Дерридаун": никогда не раздражать клиентов, если хотите, чтобы они обратились к вам снова.

Однако, когда я вышел, они сразу заговорили. Я обошел самолет спереди, слегка облокотился на крыло, смотрел на бегущие по серо-голубому небу облака и думал обо всем и ни о чем. За моей спиной бухали все более громкие желчные реплики, и, когда они открыли дверку, чтобы проветрить самолет, обрывки фраз стали долетать до меня:

- …просто попросить провести тест на допинг. - Энни Вилларс.

- …если заведомо не можете проиграть скачку лучше, чем в прошлый раз… я найду кого-нибудь еще… - Голденберг.

- …очень трудное положение… - Майор Тайдермен.