Иногда и я бываю преувеличенно вежливым. Голос ван Хурена был таким же решительным, как и его почерк, и столь же официален.

- Отлично, - сказал он без всякой радости, - мы всегда с удовольствием выполняем желания Нериссы.

- Понимаю, - ответил я.

Последовала пауза. Наш разговор нельзя было назвать сердечным.

- Я здесь до следующей среды, - сказал я, чтобы облегчить ситуацию.

- Отлично. Великолепно. Но, к сожалению, я всю будущую неделю буду в отъезде, а суббота и вечер воскресенья у меня уже заняты.

- О, мне не хотелось бы, чтобы из-за меня вы что-либо меняли.

Он откашлялся.

- А может быть… - сказал он, - вы свободны завтра вечером? Или, может быть, сегодня? Мы живем совсем недалеко от отеля «Игуана Рок»… Конечно, если вы не заняты.

«Завтра утром, - подумал я, - газеты будут полны описаний моего приключения с подружкой Родерика Ходжа». Кроме того, до завтрашнего вечера миссис ван Хурен успеет пригласить кучу народа, а мне этого совсем не хотелось. Правда, мы договорились с Конрадом, но эту встречу можно было перенести.

- Если это удобно, - сказал я, - я предпочел бы зайти сегодня.

- Отлично. Договоримся на восемь. Я пришлю за вами машину.

Я положил трубку. Я жалел, что согласился, энтузиазм ван Хурена был, можно сказать, умеренным. Однако выбирать было не из чего. Я мог поужинать в отеле и стать мишенью для взглядов остальных постояльцев либо просидеть весь вечер в номере.

Автомобиль ван Хурена привез меня к большому старому дому, от которого, начиная с мраморного порога, так и несло запахом больших денег. Холл был огромным, с высокими сводами, окруженный изящной колоннадой; он напоминал итальянские дворцы.

В дверях появился ван Хурен, он двинулся мне навстречу.

- Квентин ван Хурен, - представился он, - а это моя жена Виви.