- Подкуп. Предательство. И все в таком роде.

- Ух, - произнес я. - Надеюсь, я правильно понял? Вы считаете, что один из ваших парней берет взятки от разных подлецов, и хотите, чтобы я разузнал подробности.

- Верно, - отозвался он. - Ты совершенно прав.

Я обдумал его предложение.

- А почему бы вам самому не заняться расследованием? Или поручить кому-нибудь из ваших ребят?

- А, да. - Он откашлялся. - Здесь есть свои трудности. Если я заблуждаюсь, то вскоре об этом узнают и будут считать, что я не доверяю своим сотрудникам и подозреваю невинных людей. А значит, у меня начнутся неприятности. Очень крупные неприятности. Ну, а если я прав (очевидно, так оно и есть), то мы… я хочу сказать Жокейский Клуб непременно пожелает вмешаться и спустит все на тормозах. Скандал с широкой оглаской, да еще с участием службы безопасности ничего, кроме убытков скачкам, не принесет.

Я подумал, что он, возможно, хватил через край, однако Лукас рассудил точно.

- Человек, вызвавший у меня сомнения, - это Эдди Кейт, - с горечью произнес он.

Последовало многозначительное молчание. В существующей иерархии службы безопасности Лукас Вейнрайт занимал высшее место, а два его заместителя стояли на ступень ниже. Оба они были отставными офицерами полиции. Одним из них и являлся суперинтендант Эддисон Кейт.

Я много общался с ним, и у меня сложилось о нем четкое представление.

Крупный, грубоватый, энергичный человек, он любил похлопывать собеседника по плечу своей сильной, тяжелой рукой.

Эдди говорил громко, с заметным суффолкским акцентом. Внешность у него была примечательная - густые соломенные усы, легкие светло-каштановые волосы, сквозь которые просвечивала розовая лысина. Его полуприкрытые тяжелыми веками глаза иногда искрились юмором, но такое случалось довольно редко.

Порой я видел в них холодный и безжалостный блеск, как от солнца на льду ярко, красиво, но обманчиво и совсем небезопасно. Такие люди, как Эдди Кейт, с веселой улыбкой защелкивают на вас наручники.