Они утверждали, будто все дело в том, что он задарил ее лошадьми, но мне всегда казалось, что она действительно им увлеклась. Во всяком случае, отец был от нее без ума, как мне часто говорила его сестра - моя тетя, и утратил всякое желание жить после того, как она погибла от несчастного случая во время охоты - это случилось, когда мне было два года. Он протянул еще три года и умер от рака, а поскольку семья моей матери не хотела иметь со мной дела, тетя Вив Келси забрала меня к себе и обеспечила счастливое детство.

Для незамужней тети Вив я стал тем долгожданным ребенком, которого ей не довелось произвести на свет самой. Когда она меня забрала, ей было, вероятно, около шестидесяти, хотя я никогда не считал ее старой. Она всегда была молода душой, и мне ее очень не хватало после того, как она умерла.

Голос Миллингтона произнес:

- Эта машина, за которой вы едете… Вы все еще едете за ней?

- Все еще ее вижу.

- Она зарегистрирована на имя какого-то Дерри Уилфрема. Когда-нибудь про него слыхали?

- Нет.

Миллингтон все еще имел кое-какие связи в полиции и, по всей видимости, без труда добывал компьютерную информацию.

- Его адрес - Паркуэй-Мэншнз, Мейда-Вейл, Лондон, - сказал Миллингтон. - Если потеряете его, поезжайте туда.

- Хорошо.

Дерри Уилфрем оказал мне любезность, направившись прямо в Паркуэй-Мэншнз, и позже кому-то из подручных Миллингтона удалось установить, что это действительно он. Миллингтон предъявил его фотографию каждому из двух свидетелей, страдавших провалами памяти, и, как он потом мне рассказывал, они «наложили в штаны от страха и стали бормотать, что никогда этого человека не видели, никогда, никогда». Но оба были так основательно запуганы, что ничего добиться от них Миллингтон не смог.