- Э-э-э… - промямлил Фред, - я прослушал.

- Не просто автомобильные стоянки, а специальные - для мотоциклов и велосипедов. Их выстраиваются целые ряды. И это может многое рассказать о японцах.

- Что же, например? - поинтересовалась Викки.

- То, что они непременно доберутся туда, куда им нужно, любым способом.

- Вы это серьезно?

- Разумеется, - сказал я с напускной важностью. - А еще у них есть места для «парковки» детей. Вы оставляете вашего малыша попрыгать в большом надувном Дональде Даке, а сами беззаботно отправляетесь проматывать денежки на бегах.

- А это о чем говорит? - поддразнивала меня Викки.

- О том, что детский парк приносит доход, намного превышающий расходы на его содержание.

- Вы за Питера не волнуйтесь, - успокоил Фред, - у него случаются подобные заскоки, но в ответственной ситуации на него всегда можно положиться.

- Спасибо на добром слове, - сказал я мрачно. Грэг задал нам еще несколько вопросов о днях нашего пребывания в Японии. Спросил, например, нравилось ли нам там. В этом мы с Фредом были единодушны: мы оба были в восторге от Страны восходящего солнца. А что касается языка, то и он, и я немного говорили по-японски. Фред был первым секретарем в отделе коммерции, в его задачу входило «смазывать» колеса торговли. Моя работа заключалась в том, чтобы разузнать, что может произойти в ближайшем будущем на политической арене.

- Другими словами, - пояснил Фред, - Питер ходил на обеды и коктейли и попивал сакэ из маленьких деревянных коробочек вместо стаканов.

Обычаи и традиции Японии произвели на меня такое сильное впечатление, что месяц пребывания в Мехико не вытеснил воспоминаний о них. Я испытывал странное чувство лишения, покинув культуру, которую долго и тщетно пытался постичь. Это была не столько ностальгия, вызванная расставанием, сколько расставание с самой ностальгией.