Итак, в новом сообщении из Москвы говорилось, что Нармонов очень обеспокоен тем, что на Западе стало известно, до какой степени зашли его разногласия с военными и КГБ. Здесь не было ничего относительно исчезнувших ядерных боеголовок, но подробно освещалась ситуация с изменившимся положением в парламенте и шла речь о новых взаимоотношениях между парламентскими фракциями. У Райана создалось впечатление, что сообщение Кадышева составлено наспех и непродуманно. Он решил, что Мэри Пэт должна с ним ознакомиться. Из всех сотрудников ЦРУ лишь она по-настоящему понимала этого русского.

- Полагаю, вы намерены показать это президенту.

- Думаю, у меня нет другого выхода.

- Если позволите, я советовал бы, сэр, напомнить ему, что нам так и не удалось проверить сведения, переданные Кадышевым. Кабот поднял голову и взглянул на Райана.

- Ну и что?

- Так обстоит дело, директор. Когда вы принимаете решение выбрать один-единственный источник и положиться на него, особенно если его сведения очень важны, нужно предупредить об этом.

- Я верю Кадышеву.

- А вот у меня есть сомнения.

- Русский отдел считает, что его информация соответствует действительности, - напомнил Кабот.

- Это верно, они пришли к такому заключению, но я чувствовал бы себя куда лучше, если бы у нас появилось независимое подтверждение, - ответил Райан.

- У тебя есть основания сомневаться в том, о чем он сообщает?

- Нет, ничего убедительного. Но мне кажется странным, что до сих пор нам не удалось ничего подтвердить.

- Итак, ты полагаешь, что мне нужно съездить в Белый дом, проинформировать их о новых сведениях и затем признаться, что сведения могут оказаться ошибочными? - Кабот погасил сигару - к облегчению Джека.