А поскольку на самом деле никто не знает, как надо себя вести, они повинуются тому, кто берет на себя инициативу. Сначала Светлана потянула за собой девушек, и они - даже не очень пьяные - стали в каком-то экстазе и трансе срывать с себя одежду. А потом, когда толпа стала неуправляемой, Руслан взял инициативу на себя и остановил всех одним окриком.

Лена Соколова успела только расстегнуть кофту. Однако если бы шоу продлилось еще немного, она, наверное, смогла бы снять с себя все.

Потом, когда все уже кончилось, и Лена брела к метро, дрожа то ли от холода, то ли от разрядки накопившегося напряжения, ей стало стыдно. Она представила себя обнаженной на сцене перед толпой, и ей стало стыдно.

но тут же она устыдилась своего стыда. Ведь Руслан говорил, что женщина не должна стесняться своего тела. И еще что-то о связи с небом и землей, чего Лена не поняла, но сразу поверила. Человек, способный остановить безумную толпу одним словом, казался ей пророком, имеющим некую тайную силу, недоступную ее пониманию - и Лена даже сожалела теперь, что е встала перед ним на колени.

Спать она легла как обычно - в трусиках и ночной рубашке. Но заснуть никак не могла. все ворочалась, прокручивая в памяти эпизоды концерта. И наконец впала в состояние беспокойного полусна, которое то сменялось настоящим сном, то прорывалось кошмарами с эротическим уклоном.

"Наверное, это космос не может связаться с землей", - подумала она в тумане между кошмаром и беспамятством. И, не приходя окончательно в сознание, внесла необходимые коррективы по рецепту Руслана Чайковского.

В следующий раз ее разбудил не кошмар, а пиво, завершившее цикл преобразования в ее организме. Тут-то она и обнаружила, что лежит в постели голая, ночная рубашка валяется на полу, а трусы - вообще неизвестно где.