Это видели все проезжающие мимо. Но никто из них даже и не подумал вступиться за "ботаника" или хотя бы просто вызвать милицию. Наказывает человек лоха – значит, за дело.

Закончив "акцию возмездия", Никита, не обращая внимания на поверженного им "ботаника", развернулся и с чувством выполненного долга вернулся в свою машину, после чего спокойно продолжил дорогу.

– Доброе утро, Никита Иванович! – из подсобки вышла... Нет, не вышла, а лебедем выплыла бармен Тая – смуглая красавица лет двадцати пяти. Увидев ее, Никита почувствовал, что у него, как и всегда при виде собственной служащей, пересыхает во рту.

– Кхм!.. – прежде чем ответить на приветствие, хозяин откашлялся. – Здравствуй, Тая.

Таисия молчала. Только, глядя на хозяина, улыбалась загадочной улыбкой Джоконды.

Впрочем, кто она такая, эта самая Джоконда, Никита и не знал никогда. А слово это слышал где-то. Понравилось... Что-то в нем было такое... Таинственное... Загадочное... Манящее... И невыразимо прекрасное.

А если быть проще, то он считал, что ему и здесь повезло – такая девка рядом! Судьба явно благоволила к бывшему бандиту. В том, что рано или поздно – лучше, конечно, рано, – он уложит Таю в собственную постель, Рокки не сомневался. Не посмеет она отказать ему. Хозяину...

Веселья не получалось. Нет, новые знакомые Яшку вполне устраивали! И Валюха оказалась бабой веселой и бедовой, но с "понятиями". И муж ее, Колька, тоже ничего. Свой вроде бы парень – две "ходки". Кража и разбой. Последний срок действительно в Норильске "мотал". В авторитетах, конечно, не ходил. Но весь срок – в "отрицалове". Впрочем, Нине в таком деле, как выбор друзей, можно было доверять. Со всякой чмуротой, "чушками" или "петухами" она бы никогда не связалась. Определила бы махом – поговорила, "прокачала" и "развела" бы на "базаре".