Спустя двадцать секунд он уже снова сидел в машине и ехал вдоль реки. Накрытый пледом шофер лежал, как неживой.

Склад был расположен в нескольких кварталах от заправки, с которой звонил Джонни. Его строения были зажаты как начинка сэндвича между депо товарных вагонов и химическим заводом. Вывеска гласила: «Делавэрская транспортная компания. Склад.». Мрачное строение на ночь было наглухо заперто на все замки. Джонни объехал его и подогнал машину сзади. Перед воротами он притормозил и помигал фарами.

Прошло несколько минут, прежде чем тяжелые ворота распахнулись. Распахнулись почт бесшумно — петли хорошо смазали. Джонни въехал в темный пакгауз, заглушил мотор и выключил фары. Ворота за ним закрылись, вверху зажглась одинокая лампочка. В просторном помещении кроме машины Джонни стоял только один автомобиль — темно-синий «кадиллак».

Бен Корнгольд держался в стороне; он стоял, сунув руки в карманы, лицо озаряла обычная улыбка примерного пай-мальчика. Его шофер-телохранитель стоял, опершись на бампер и придав лицу выражение смертельной скуки, подобающее всякому уважающему себя профессионалу. Тут же находились двое грузчиков — молодых, крепких парней в перепачканных комбинезонах.

Джонни вынул ключ из замка зажигания, выпрыгнул из кабины и тотчас захлопнул дверцу, чтобы никто не заметил скрюченной фигуры на полу.

Бен Корнгольд вразвалочку направился к Джонни. Этот маленький толстяк с проницательным и насмешливым взглядом был самым процветающим скупщиком краденого в Филадельфии и её окрестностях. Он работал под покровительством дона Массимо Виджиланте, которому отдавал известный процент прибыли.

— Ну, что же, Джонни, ты начинаешь делаться у нас завсегдатаем.

С тех пор, как Джонни словно случайно заехал в Филадельфию три недели назад, он уже пятый раз доставлял Корнгольду краденое.

— В наше время деньги не задерживаются.

Корнгольд кивнул.