— Наверное, будет лучше, миссис Майнер, если я буду задавать вопросы. Вы сказали, что Фреда обвиняют в похищении Джейми Джонсона. Кто именно его обвиняет?

— Мистер Джонсон.

— На каком основании?

— Совершенно беспочвенно. Это заговор. — Она почти не размыкала челюсти, и это придавало ее речи странный, чревовещательный эффект.

— Это вы так говорите. Но попробуйте конкретизировать свои предположения. Я понял, что исчезли и мальчик, и Фред.

— Словно дым. — Одна ее рука непроизвольно взметнулась вверх. Она притянула ее назад, и пальцы вцепились в подол платья. — Но это еще не доказывает того, что Фред виновен. Как раз наоборот. Значит, здесь что-то нечисто.

— Никто не знает, где они теперь?

— Лично я — нет, но кое-кто — наверняка. Тот, кто стоит за всем этим, тот и знает. — Звук с шипением прорывался сквозь плотно сжатые губы. Глаза сверкали, словно коричневое стекло.

— Вы кого-нибудь подозреваете?

— Заговор, — сказала она, — вот что это такое.

Мы с Энн переглянулись. Я был готов согласиться с тем, что миссис Майнер находится в состоянии шока.

— На нем несмываемое пятно, — продолжила женщина, — и они об этом знают. Это преступный сговор для того, чтобы переложить вину за похищение на Фреда.

— А это точно, что Джейми украли?

— Я говорю правду, — произнесла она с яростью. — Почему вы мне не верите?

— Я думаю, вы немного преувеличиваете. — Я взглянул на наручные часы. — Сейчас без двадцати двенадцать. Я видел мальчика и Фреда меньше трех часов назад. Тогда вроде все было в порядке.

Эми Майнер подалась ко мне. Все ее существо алкало надежды.

— Я знаю, Фред любил мальчика, как своего сына, и между ними не могло быть никаких недоразумений, но только вот мистер Джонсон не хочет мне верить. Он во всем винит Фреда. Теперь все ополчатся на него, даже мистер Джонсон. Он сказал, что сделал величайшую ошибку, когда спас Фреда от тюрьмы.