ВО-ВТОРЫХ — ДЕНЬГИ. ПЯТЬДЕСЯТ ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ КУПЮРАМИ ПО ПЯТЬДЕСЯТ И МЕНЬШЕ. КУПИТЕ ЧЕРНЫЙ ЧЕМОДАНЧИК. ПОЛОЖИТЕ ДЕНЬГИ В НЕГО. ЧЕМОДАНЧИК ПОСТАВИТЕ ВОЗЛЕ ГАЗЕТНОГО КИОСКА НА ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНОЙ СТАНЦИИ „ПАСИФИК-ПОЙНТ“ ЗА ВНЕШНИМ ТЕНДОМ ДЛЯ ГАЗЕТ; МЕЖДУ СТЕНДОМ И СТЕНОЙ. ЭТО ВЫ ДОЛЖНЫ СДЕЛАТЬ ЛИЧНО СУББОТНИМ УТРОМ НА ЭТОЙ НЕДЕЛЕ, БЕЗ ДВУХ МИНУТ ОДИННАДЦАТЬ. ПОЕЗД НА САН-ДИЕГО УХОДИТ 11.01, ВЫ УЕДЕТЕ НА НЕМ. ЛЮБАЯ ПОПЫТКА ПРОСЛЕДИТЬ ЗА ПЕРЕДВИЖЕНИЕМ ЧЕМОДАНЧИКА МОЖЕТ ОКАЗАТЬСЯ ДЛЯ МАЛЬЧИКА РОКОВОЙ. ОТНЕСИТЕСЬ ПРАВИЛЬНО К НАМ, МЫ БУДЕМ ОТНОСИТЬСЯ ПРАВИЛЬНО К НЕМУ, И УЖЕ СЕГОДНЯ ОН ВЕРНЕТСЯ ДОМОЙ».

— Майнер не подписался, — сказал я.

— Я знаю. — Она бросилась в низкое квадратное мягкое кресло. — Вопрос в том, кто это написал. Мне кажется, что его составляли черти.

— Скорее, профессиональный преступник или банда. Составлено и написано оно очень аккуратно, по трафарету, чтобы свести к минимуму почерковые характеристики. Значит, делал это человек опытный.

— Вы имеете в виду, что письмо написано заранее?

— Не сомневаюсь. Киднеппинг мало используется с тех пор, как вступил в силу федеральный закон

— Я не могу. Я обещала Эйбелю.

— Тогда поручите это дело мне. Организацией и оборудованием для того, чтобы найти вашего сына, располагает только ФБР. Больше никто. У Джейми будет шанс вернуться домой невредимым. А так я сильно сомневаюсь... Как вы думаете, почему преступники так настаивают на том, чтобы не впутывать в это дело закон?

Она быстро завертела головой. Какое-то мгновение ее лицо походило на белую кляксу в вихре огненных волос.

— Не знаю. Я ни на что не способна решиться. Вы не должны настаивать. Если Эйбель придет домой и застанет здесь полицейских, это его убьет.

— Он так раним?

— Он очень болен. Врач особенно предупреждал его насчет эмоциональных шоков. Видите ли, у Эйбеля в тысяча девятьсот сорок шестом был коронарный тромбоз. Я не хотела, чтобы он ехал этим утром в город. Но он был обязан сделать это сам.