Джейми отскочил к «ягуару» и перекинулся через низкую дверцу. Последнее, что я увидел, были вытертые джинсы и пара разбитых вусмерть мокасин.

— Славный паренек, — сказал я. — Сколько ему?

— Говорите тише. — Фред прижал к губам коричневый от въевшегося в него масла указательный палец и понизил голос. — Не нужно, чтобы он слышал похвалу в свой адрес, а то как бы голова не закружилась. Хватит того, что в семье его превозносят до небес. Ему четыре года.

— Для четырех лет он достаточно развит. И кто же обучает его манерам?

— Да все понемногу. На мне, например, лежит строевая подготовка. — Фред двинулся к машине. — Что же, всего доброго, мистер Кросс. Было приятно увидеться с вами.

— Подожди минутку. Что ты задумал?

— Ничего, — ответил Фред деревянным голосом.

— Мальчик сказал, что вы куда-то едете. Надеюсь, ты не собираешься выезжать из графства?

— Да нет, не собираюсь. — Чтобы ответить, ему понадобилось много-много времени.

Я был почти уверен, что он лжет.

— Ты ведь знаешь правила. Без разрешения нашего ведомства тебе нельзя выезжать из графства.

— Да. — От неловкости он покраснел. — Я просто везу Джейми покататься. Разве это запрещено?

— Иначе как по работе, тебе водить машину нельзя.

— Но у меня приказ. Так что я нахожусь на работе. — Он с тревогой посмотрел на спортивную машину. — Сейчас мне надо ехать, мистер Кросс.

— Куда?

Он замкнулся, и на лицо его вновь надвинулась маска слепой ненависти.

— Я не собираюсь рассказывать об этом каждому встречному.

— Может быть, у тебя какие-нибудь неприятности?

— Нет, сэр, ничего подобного. С февраля я не попадал ни в какие передряги и не намереваюсь делать этого вновь. — В его голосе была полная уверенность.

— Ловлю тебя на слове, Фред. Все будет о'кей до тех пор, пока ты не выезжаешь за пределы графства, выполняешь правила уличного движения и остаешься трезвым. Ты ведь знаешь, что произойдет, если хотя бы одно из этих условий будет нарушено.