– Это не вы тот молодой человек, что прилетел с метеорологом?

Не успел я согласиться, что да, я и есть тот молодой человек, как вмешался Оливер Квигли и с жаром, энергично жестикулируя, сообщил, что я тоже предсказываю погоду и что телезрители знают меня, пожалуй, даже лучше, чем Криса.

– Робин с Эвелин – они американцы, – заверил меня Квигли, боясь быть неправильно понятым, – живут по большей части во Флориде и британского телевидения почти не смотрят.

– Дарси, – сказал невысокий мужчина и, чтобы завершить обряд знакомства, аккуратно переложил свой бокал в левую руку, а правую протянул мне. – Робин Дарси.

Его светская речь была отмечена легким бостонским акцентом.

– Вы собираетесь ехать в отпуск вместе с Крисом?

Насколько мне известно, нет.

– Нет, вряд ли, – ответил я. И подумал про себя, что Робин таким образом деликатно осведомился о моей сексуальной ориентации. Интересно, а сам-то он кто? Эвелин, почтенная матрона в черном, на несколько лет старше своего мужа, отнюдь не похожа на женщину чьей-либо мечты…

– Будете в наших краях – заезжайте в гости, – сказала она машинально, совершенно неискренне.

– С удовольствием, – ответил я с деланной радостью, как положено в подобных случаях.

Ее супруг незаметно покачивался с каблука на носок, сложив руки на животе. Его первоначальный интерес к моей персоне быстро увял, и он удалился вместе со своей Эвелин на поиски более восприимчивых умов.

Снова появилась Белладонна со своим кувшином. Она проводила взглядом супругов Дарси и заметила:

– Если вы любите умников, этот Дарси должен прийтись вам по вкусу.

– А в чем именно проявляется его ум?

Бледные веки Белл вспорхнули и снова опустились.

– Во всем. Это как красота. Он такой уродился.

Со стороны Дарси не производил впечатления человека заметного и значительного. Все, что было слышно, – это голос его общительной супруги.