Ее мужество было восхитительно. Даже в этот момент она не признавала себя побежденной.

- Я снова повторяю вам, мистер Холмс: вы находитесь во власти какой-то нелепой фантазии.

Холмс встал со стула:

- Мне жаль вас, леди Хильда. Я сделал для вас все, что мог, теперь я вижу - это было напрасно Он нажал кнопку звонка. Вошел дворецкий.

- Мистер Трелони Хоуп дома?

- Он будет дома, сэр, через пятнадцать минут.

Холмс взглянул на часы.

- Еще пятнадцать минут, - сказал он. - Очень хорошо, я подожду.

Едва дворецкий закрыл за собой дверь, как леди Хильда, простирая руки, бросилась к ногам Холмса; ее прекрасное лицо было залито слезами.

- О, пощадите меня, мистер Холмс! Пощадите меня! - умоляла она в порыве отчаяния. - Ради бога, не говорите ему! Я так люблю его! Мне больно причинить ему малейшую неприятность, а эта, я знаю, разобьет его благородное сердце.

Холмс поднял ее.

- Благодарю вас, миледи, что вы хоть в последний момент опомнились. Нельзя терять ни минуты. Где письмо?

Она бросилась к письменному столу, отперла его и вынула длинный голубой конверт.

- Вот оно, мистер Холмс... Лучше бы я никогда не видела его!

- Как нам теперь его вернуть? - раздумывал Холмс. - Скорее, скорее, надо найти какой-нибудь выход!.. Где шкатулка с документами?

- Все еще в спальне.

- Как удачно! Скорее, миледи, принесите ее сюда.

Через минуту она появилась, держа в руках красную плоскую шкатулку.

- Чем вы открывали ее прежде? У вас есть второй ключ? Конечно, есть. Откройте!

Из-за корсажа леди Хильда вытащила маленький ключ. Шкатулку открыли; она была полна бумаг. Холмс засунул голубой конверт в самую середину, между листками какого-то другого документа. Шкатулку заперли и отнесли обратно в спальню.