— Ну?
Он и сам затаил дыхание, сцена может потерять смысл и значение, поэтому Матильда, судорожно глотнув и не поднимая головы от страницы, после повторного повелительного «ну?» решается:
— А именно…
И вот они звучат, ужасающие слова, отчеканенные негодующими устами, подобно взрывам петард, а Де Витис зачарованно слушает, повернувшись спиной к письменному столу и следя за полетом чаек в голубом прямоугольнике раскрытого окна.
Глава 2
Три генерала на один Вавилон. «Лилиана для вас». Наслаждаться природой, не выходя из дома. Могильные цветочки.Специя помнит трех генералов. Первым был генерал от артиллерии — Бонапарт, он предрек ей большое будущее. Другой, генерал инженерных войск, некий Кьодо, отстроил ее, несмотря на упорное сопротивление адмиралов Сардинского королевства, которые собирались построить военную судоверфь в Генуе. И наконец, Ламормора, генерал берсальеров,
Вокруг верфи развернулось бурное строительство, прокладывались улицы, высаживались пальмы и платаны, и местное население быстро выросло с семи тысяч до семидесяти. Затем оно перевалило за сто тысяч, люди съезжались со всей Италии: из Тосканы, Эмилии-Романьи, Сардинии, Неаполя, Сицилии, — так что от смешения множества диалектов возник настоящий Вавилон на непрочной основе тосканско-эмилианского говора, подвергшегося неизвестно почему сильному испанскому влиянию: вместо «много» здесь говорят «мучо», друга называют «амиго», а работу не иначе как «трабахо».
Город рос, и росли огромные рабочие кварталы в северном районе, один за другим возникали совершенно одинаковые, словно отлитые в одной форме дома с огромными дворами и общими чанами для стирки. Сбитые с толку однообразием, местные почтальоны часто путали адреса, так что жители были в курсе чужих дел, а город с самого рождения был предрасположен к сплетням, наветам и суесловию.