Дышалось ему легко, но капли пота выступили под мышками.

Часы на ночном столике показывали четыре утра. Слишком рано для уборщицы или садовника.

Прислушиваясь, он пытался выработать план действий. Если киллер один, то шансы на успех весьма хорошие. Но в этой части света, где жизнь и смерть продаются и покупаются по дешевке, такие операции обычно делаются группами.

Киллер-одиночка скорей всего не обнаружил бы себя предательским звуком, возможно, и о камень не споткнулся бы.

Их двое-трое. Вряд ли четверо. Четвертый (если он был), очевидно, не в доме, а рядом — за рулем автомобиля. Томас Эшбрук оглядел спальню, стараясь определить наиболее вероятный сектор обстрела. Конечно, он изучил комнату на этот предмет, еще ложась в постель, как только вернулся в Израиль из Америки, куда привозил оружие для «Патриотов». Но надо было за несколько секунд еще раз все обдумать.

Кто-то войдет из патио. Может, их будет двое. А еще один скорей всего войдет в спальню через другую дверь.

Трое, решил он. Вот почему не поднял тревоги охранявший дом человек из «Моссад». Официальной договоренности с израильской разведкой не было, но Эшбрук вчера заметил неподалеку автомобиль и друг, обладавший важными контактами, подтвердил, что эта припаркованная машина принадлежала «Моссад».

Трое киллеров. Парень из «Моссад» убит. Значит, винтовка с очень хорошим глушителем, арбалет или нож. В этих краях скорей всего нож. Глушителей у палестинцев маловато, а с арбалетом, при всех достоинствах этого оружия, не так много людей может управиться.

Эшбрук тяжело выдохнул.

Логика диктовала… Но что она могла диктовать? Один будет ожидать его за дверью дома на случай, если двое в патио, преждевременно обнаружив себя, испортят дело.

Он посмотрел на дверь.

Капкан. Но можно ли обратить эту ловушку себе на пользу?

Эшбрук надеялся, что на этот вопрос можно ответить утвердительно. Но пора уже вылезти из постели.